Стоимость теплоснабжения в России и за рубежом. Перспективы децентрализованного теплоснабжения

По всей России 8 800 500-92-62 Москва +7 (495) 120-07-78 Санкт-Петербург +7 (812) 318-75-80

Тем не менее вполне разумные и обоснованные призыва способствовать внедрению и развитию энергосберегающих технологий наталкиваются на расточительство. И дело даже не в том, что надо закрывать за собой двери и зимой беречь тепло. Речь о том, что тепловое (и ресурсное в целом) разбазаривание давно приняло системный характер.

От глобальных утверждений перейдем к цифрам. Для начала сравним климатические особенности российских и некоторых зарубежных городов. Это сравнение проще всего провести в несколько непривычном параметре — градусо-сутках, равных произведению средней температуры отопительного сезона и его суточной продолжительности. В таблице приведены данные по 9 городам:

Город (регион) Параметр град х сутки
Чита (Сибирский Федеральный округ) 7104
Екатеринбург (Уральский Федеральный округ) 5563
Самара (Приволжский федеральный округ) 4964
Ростов (Южный федеральный округ) 3343
Стокгольм (Швеция) 3445
Копенгаген (Дания) 2819
Токио (Япония) 1487
Мадрид (Испания) 932
Рим (Италия) 546


Очевидно, что большие значения параметра соответствуют большим энергозатратам, так как основной вклад в него принадлежит длинному отопительному сезону. Тем не менее, если не брать районы с резко континентальным климатом (Чита, Якутск и т.п.), разница в параметре не столь фатальна, как это может показаться на первый взгляд.

Теперь интересно сравнить удельные затраты жителей различных регионов и стран. Так, в Копенгагене (Дания) согласно действующим регламентам годовой расход тепла на отопление в пятиэтажном здании не превышает 0,043 Гкал/м2, что при тарифе чуть выше EUR40 (1700 руб.) за гигакалорию соответствует затратам жителей 80 руб./м2.

Для Свердловской области при потреблении тепла 0,330 Гкал/м2 год и стоимости тепла 250 руб./Гкал удельные годовые затраты составляют 82 руб./м2 (не учтены расходы на осуществление бюджетных программ).

Совсем другая картина складывается в регионах Сибири и Дальнего Востока. Так, в Хабаровском крае удельные затраты в некоторых населенных пунктах могут достигать 560 руб./м2 при расценках 1400 руб. за гигакалорию и норме отопления 0,400 Гкал/м2. Такие огромные расходы связаны с отсутствием газовых магистралей и необходимостью использования дорогих и менее эффективных угля и мазута, при этом их тоже надо доставлять издалека и в сжатые сроки. Эти факторы «съедают» все оборотные средства и платежи, поэтому на крайне важные и жизненно необходимые работы по уменьшению потерь тепла денег не остается. Особенно остро с этой проблемой сталкиваются коммунальщики, располагающие котельными в небольших населенных пунктах, в которых большую часть (до 70—7596) тарифа на теплоснабжение составляет компенсация не необходимых затрат, а потерь.

Совершенно иная ситуация в южных регионах России. В Ростове, например, годовой тариф на теплоснабжение составляет... 55 руб./м2! Разница с холодной Сибирью почти на порядок! При этом в относительно теплых регионах население имеет более высокие доходы, и населенные пункты в большинстве газифицированы.

Налицо явный дисбаланс, который будет усугубляться политикой перехода на 10096 оплату услуг ЖКХ по всей стране. Это приведет к тому, что в относительно теплых районах за субсидиями обратятся 10—1596 населения, а в районах с высокими удельными затратами на теплоснабжение субсидии будут получать 80-9096 населения, т. е. в 7 раз больше. А общий размер субсидий в части компенсации расходов на теплоснабжение будет различаться по регионам в 70-100 раз! И вполне может сложиться ситуация, когда северный город с населением в 20 тысяч человек будет субсидироваться больше, чем город-«миллионник» в средней полосе.

Корни проблемы кроются в существующей системе тарифов. Производители тепла и предприятия, эксплуатирующие элементы систем теплоснабжения, заинтересованы в максимальном теплопотреблении и росте издержек: увеличенное теплопотребление, в том числе за счет потерь, увеличивает валовой доход и прибыль. Искусственно завышенные издержки увеличивают тариф и прибыль, заложенную в тарифе в процентах от себестоимости.

До сих пор единственными ограничителями роста издержек были местные муниципалитеты, дотировавшие население и заинтересованные в уменьшении дотаций. Переход на полную оплату с субсидиями из федерального бюджета коренным образом изменит мотивацию муниципальных администрации: они также окажутся экономически заинтересованы в энергорасточительности. В лучшем случае им станет все равно, какой уровень энергоэффективности в регионе (ведь это может привести к свертыванию региональных программ), а в худшем— администрация, поощряя энергорасточительность и устанавливая завышенные тарифы, через субсидии сможет на законных основаниях «перекачивать» средства федерального бюджета в муниципальные теплоснабжающие предприятия. Другими словами, может оказаться, что федеральный бюджет будет
компенсировать не реальные затраты малоимущих граждан, а гигантские теплопотери.

Значительное снижение затрат на теплоснабжение возможно только при коренном изменении экономического механизма, действующего в отрасли: изменения структуры тарифов; выделения в отдельную финансовую статью сверхнормативных потерь и определения путей нетарифного финансирования как самих потерь, так и работ по их устранению; создания многоуровневой системы мотиваций к росту энергоэффективности и т. д.

По мнению специалистов, один из путей выхода из тупиковой ситуации заключается в увеличении доли децентрализованного теплоснабжения, то есть максимального приближения источника тепла к потребителю. Это поможет создать потребителю более комфортные условия использования и оплаты тепловой энергии, а также обеспечить реальную экономию газового топлива.

Традиционная для России система централизованного снабжения теплом через ТЭЦ и магистральные теплопроводы обеспечивает 6896 потребности в тепловой энергии, децентрализованные системы — менее трети. При всех своих достоинствах централизованное теплоснабжение испытывает сегодня значительные сложности, главные из которых — протяженность и изношенность теплотрасс. Суммарная протяженность тепловых сетей составляет более 180 млн. км (в двухтрубном исчислении), а средний процент изношенности — в 60—7096. Сдельная повреждаемость теплопроводов в настоящее время выросла до 200 зарегистрированных повреждений в год на 100 км тепловых сетей, не менее 1596 тепловых сетей требуют экстренной замены. Для простой стабилизации ситуации (речь не идет о сколько-нибудь масштабном развитии), необходимо ежегодно перекладывать порядка 596 трубопроводов, то есть около 7300 км сетей (в двухтрубном исчислении), и затратить на это около 40 млрд. руб. (в текущих ценах).

Децентрализация теплоснабжения — самый радикальный, эффективный и относительно дешевый способ устранения многих системных недостатков. Обоснованное применение систем децентрализованного теплоснабжения в комплексе с энергосберегающими мероприятиями при строительстве и реконструкции зданий даст огромную экономию энергоресурсов.

Недаром почти три десятилетия в развитых странах практически не строят квартальных и районных котельных.

Технический базис для широкого внедрения децентрализованных систем достаточно широк. Автономные теплогенерирующие установки (индивидуальные газовые котлы, крышные и модульные котельные) способны максимально эффективно и комфортно обеспечить потребности как отдельной квартиры или коттеджа, так и многоквартирного дома или коттеджного поселка.

Рассмотрим один из примеров децентрализации систем теплоснабжения. В 2001 году в одном из районов Ставропольского края специалисты произвели демонтаж центральной котельной балансовой стоимостью $25 тыс. и теплотрассы протяженностью 220 м стоимостью $5 тыс. Ежегодный ремонт и обслуживание котельной, укомплектованной 4 котлами «Универсал-5», обходились в сумму около $2 тыс. В отопительный сезон 2001-2002 гг. общие затраты составили более $11 тыс., из которых на обслуживающий персонал пришлось 2496, электроэнергию — 2696, воду — 496 и газ — 3896.

Автономные котельные установки стоимостью $2700 были установлены в административном 3-этажном корпусе общей отапливаемой площадью 1800 м2 и в производственном корпусе площадью 500м2, полностью обеспечив здания отоплением и горячим водоснабжением. В следующем отопительном сезоне затраты на газ, электроэнергию, воду и заработную плату одному оператору составили $3,7 тыс. При этом продажа высвобожденного оборудования принесла доход в сумме $3 тыс., полностью возместив затраты на реконструкцию. Таким образом, экономический эффект от перехода на автономное теплоснабжение составил ориентировочно в год $7 тыс.

Аналогичный проект, реализованный в 2005 году, касался децентрализации системы теплоснабжения поликлинического корпуса, находящегося на балансе районной теплосети. В ходе реконструкции котельная балансовой стоимостью $13,8 тыс. и теплотрасса длиной 500 м (стоимость $8 тыс.) были заменены локальными теплогенерирующими установками — модульными котельными общей стоимостью чуть более $20 тыс. Ранее общие затраты в течение отопительного сезона составляли почти $18 тыс., включая затраты на ремонт изношенных сетей. После децентрализации они снизились до $4,5 тыс. То есть срок окупаемости реконструкции составил всего 2 года, и это без учета продажи высвободившегося оборудования и материалов.
Продуманные программы децентрализации источников тепла позволяют в разы сократить потребность в природном газе и в несколько раз снизить затраты на теплоснабжение конечных потребителей.

Климат России подразумевает, что рынок тепло-генерации — самый стабильный. Принципы энергосбережения, заложенные в действующей системе теплоснабжения российских городов, стимулируют появление новых технологий и подходов, способных решить эту проблему в полной мере, а экономическая эффективность децентрализованного теплоснабжения делает эту сферу весьма инвестиционно привлекательной.

© 1997 — 2017 «ГазТехника»